October 8th, 2013

Как интересно...

Еще один

Что-то у меня весь журнал начинает состоять из ссылок на какое-то не пойми что. Но мимо этого я пройтить не могла!

Не, ну язык формировали и развивали мужчины, поэтому я воспринимаю его как мужскую собственность. Поэтому попытки переделать чужое под себя (а не создать своё "с нуля") вызывают как минимум недоумение.

Вроде и не полнолуние еще, а что творится...
Морская лошадка

Про давнюю нелюбовь

В комментариях к этой записи почему-то мало кому захотелось обсуждать собственно Роулинг или там Крапивина, там как-то все больше про Алексина :)

Я о нем, похоже, объективно судить больше не могу - прочитала несколько его вещей относительно недавнего времени, когда он уже стал писать из рук вон плохо, а про и для детей - просто чудовищно (начиная примерно с "Доброго гения" и дальше, по-моему, без просветов), а после этого заглянула в старые, в детстве нравившиеся повести и рассказы и увидела - все, что меня в более современных его текстах пугало, в частности, однообразная и жутковато-странная речь персонажей, и детей и взрослых, с бесконечными пафосными восклицаниями, с повторениями эхом собственных слов, - там давно уже было. Не в таком количестве и не в таком карикатурном виде, но присутствовало. И теперь у меня не получается уже посмотреть на них прежним взглядом, из тех времен, когда у меня еще слабоват был иммунитет против нравоучительной литературы. Так что сейчас не очень понимаю даже, что мне там тогда нравилось. За исключением, пожалуй, "Очень страшной истории", и то только за счет юмора. Вот в продолжении уже ничего смешного нет, так его и читать невозможно совершенно.

Но было и то, что мне категорически не нравилось с самого начала, с первого прочтения. "Я ничего не сказал...", "Домашний совет", "Ночь перед свадьбой"... И прежде всего - "Безумная Евдокия".

Collapse )