August 5th, 2014

Всех убью!

Скойбеда о дружбе народов и единственном преступлении Украины

Твою ж дивизию, твою ж буденновскую, а. Они все-таки заговорили откровенно! Нельзя сказать, что здесь нет вранья, но почти нет привычного лицемерия. Положим, Абажуровна и вообще-то довольно цельное и откровенное создание или старательно выстраивает себе такой имидж, так или иначе, у нее эффектно взыгрывает время от времени внезапное бешенство правды-матки, но чтобы так...

"Мы не отпустим тебя, нога".
Куда ж вы мозг-то отпустили, болезные?

http://m.kp.ru/daily/26263.4/3141431/
Морская лошадка

Но грустно думать, что напрасно...

Такой распространенный сюжет классической литературы: столкновение прекрасного, чистого душой, романтичного юноши и холодного, жестокого, грубого и циничного мира, который постепенно вытаптывает у него в душе все лучшее или же просто убивает сразу, чтоб не мучился. Так или иначе – «мир оказался прочней».

И что-то меня всегда в этом сюжете нехорошо цепляло.

Все эти прекрасные свойства души юного героя, будь то Ленский, Адуев-младший или Рафаэль Валантен, – ведь это же не что иное, как юношеский эгоцентризм. Вот эта абсолютная, безусловная, взахлеб, до блаженной слепоты влюбленность в самого себя, уверенность, что все остальное и все остальные существуют на свете лишь для того, чтобы мне, такому замечательному, было хорошо, удобно, приятно, прекрасно и возвышенно (это называется у них верой в совершенство мира), – вот это и считалось тем лучшим, высоким и чистым, что хорошо бы сберечь в себе навсегда, да пошлый и безжалостный мир не дает. Больше же ничего такого особенного, что так больно бы об этот мир стукалось, за душой у них нет. Черствый карьерист-дядюшка из «Обыкновенной истории» с самого начала, задолго до того, как роли поменялись декларативно, при всем своем цинизме и ехидстве, куда человечнее возвышенного Александра. То есть по отношению к жене он, конечно, свинья, но, по чести сказать, кто из героев классической литературы в этом смысле не свинья? А во всем остальном… Уже одно то, как терпеливо и доброжелательно он с этим нежно-розовым поросенком возится...

А Ленский? Точно ли его в несбывшемся будущем ждала на пути именно такая развилка, какая обозначена в романе: либо утрата всех возвышенных стремлений и, как следствие, растительное существование – «пил, ел, скучал, толстел, хирел», – либо мировая слава, в том случае, если бы, вопреки всем усилиям несовершенного мира, ему как-то удалось и в зрелом возрасте сохранить юношеские идеалы, то есть навсегда остаться таким, в сущности, равнодушным и недобрым мальчишкой? А третьего варианта нет? В конце концов, он ведь мог бы и просто вырасти...

Как бы то ни было, похоже, что юношеским эгоцентризмом классики откровенно любовались, свойство это долго считалось прекрасным и драгоценным, а его утрата - достойной всяческого сожаления, и ни одному человеческому качеству, кажется, столько дифирамбов не спето. Эгоцентризму девичьему, ясное дело, повезло много меньше :))

И еще, уже мимоходом. По сей день однозначно положительный персонаж литературы и кино (теперь, правда, уже скорее сериалов и прочего трэша) – Фритцль недорезанный любящий заботливый отец дочери, невыносимо страдающий, когда приходится отдавать ее другому мужчине. Вот уж от кого у меня слоновьи мурашки по коже.