Сaballo_marino (caballo_marino) wrote,
Сaballo_marino
caballo_marino

Categories:

Еще про "хочешь - не хочешь"

В принципе, стоило ожидать, что простая мысль (все в жизни имеет свою цену, эта цена для всех разная и для кого-то иногда оказывается чрезмерной, а потому пламенные речевки на тему "когда у тебя есть цель, ее надо добиваться любой ценой, если ты не слюнтяй и не тряпка" могут не столько мотивировать, сколько раздражать) вызовет, скажем так, неоднозначную реакцию :)) Это что же, выходит, от нас ничего не зависит, выходит, можно ничего не делать, а только ныть? Ссылаясь на объективные обстоятельства, плыть по течению или сидеть на шее у того, кому, с твоей точки зрения, больше повезло? А как же ответственность за свою жизнь?

И тут мне припомнилось, что как раз на эту тему давным-давно вели беседу два персонажа американской литературы :))

"- Вот возьмите мистера Бэтлера, - сказала она однажды, когда и с грамматикой, и с арифметикой, и с поэзией было покончено, - ему сначала ни в чем не было удачи. Его отец был банковским кассиром, но, прохворав несколько лет, умер от чахотки в Аризоне, так что мистер Бэтлер - его зовут Чарльз Бэтлер - остался совершенно один.
Его отец по происхождению австралиец, и у него нет в Калифорнии родственников. Он поступил в типографию, - он мне несколько раз об этом рассказывал, - и на первых порах зарабатывал три доллара в неделю. А теперь он зарабатывает до тридцати тысяч в год. Как он достиг этого? Он был честен, трудолюбив и бережлив. Он отказывал себе в удовольствиях, которые обычно так любят молодые люди. Он положил себе за правило откладывать сколько-нибудь каждую неделю, ценою любых лишений. Конечно, он стал скоро зарабатывать больше трех долларов, и по мере того как увеличивались его доходы, увеличивались и сбережения. Днем он работал, а после работы ходил в вечернюю школу. Он постоянно думал о будущем. Потом он стал посещать вечерние курсы. Семнадцати лет он уже был наборщиком и получал хорошее жалованье, но он был честолюбив. Он хотел сделать карьеру, а не просто иметь обеспеченный кусок хлеба, и готов был на всякие жертвы ради будущего. Он решил стать адвокатом и поступил в контору моего отца - подумайте! - рассыльным на четыре доллара в неделю. Но он научился быть экономным и даже из этих четырех долларов ухитрялся откладывать.

Руфь остановилась на мгновение, чтобы перевести дыхание и посмотреть, как Мартин воспринимает рассказ. Его лицо оживилось интересом к судьбе мистера Бэтлера, но брови были слегка нахмурены.

- Верно, туговато ему приходилось, - сказал он. - Четыре доллара в неделю! С этого не разгуляешься. Я вот плачу пять долларов в неделю за квартиру и стол и, ей-богу, ничего хорошего не имею. Он, вероятно, жил как собака. Питался, должно быть...

- Он сам себе готовил на керосинке, - прервала она его.

- Питался, должно быть, так же скверно, как матросы на рыболовных судах, а это уж значит - хуже нельзя.

- Но подумайте, чего он достиг теперь! - вскричала она с воодушевлением. - Ведь он с лихвой может вознаградить себя за все лишения юности!

Мартин посмотрел на нее сурово.

- А вы знаете, что я вам скажу, - возразил он. - Едва ли вашему мистеру Бэтлеру так уже весело жить теперь. Он так плохо питался все прошлые годы, что желудок у него, надо думать, ни к черту не годится.

Она отвела глаза, не выдержав его взгляда.

- Пари держу, что у него катар.

- Да, - согласилась она, - но...

- И наверное, - продолжал Мартин, - он теперь сердитый и скучный, как старый филин, и никакой радости нет ему от его тридцати тысяч. И наверное, он не любит смотреть, когда вокруг него веселятся. Так или не так?

Она кивнула утвердительно и хотела объяснить:

- Но ему это и не нужно. Он по натуре угрюм и серьезен. Он всегда был таким.

- Еще бы ему не быть! - воскликнул Мартин. - На три да на четыре доллара в неделю! Молодой парень сам стряпает, чтобы отложить деньги! Днем работает, ночью учится, только и знает, что трудится, и никогда не поразвлечется, никогда не погуляет, даже и не знает, должно быть, как это делается. Хо! Слишком поздно пришли эти его тридцать тысяч.

Услужливое воображение тотчас же нарисовало ему во всех подробностях жизнь этого бережливого юноши и ту узенькую духовную дорожку, которая впоследствии привела его к тридцатитысячному годовому доходу. Все мысли и поступки Чарльза Бэтлера представились ему словно в телескопе.

- Вы знаете, - прибавил он, - мне жаль его, этого мистера Бэтлера. Он тогда был слишком молод и не понимал, что сам у себя украл всю жизнь ради этих тридцати тысяч, от которых ему теперь никакой радости. Сейчас уже он на эти тридцать тысяч не купит того, что мог бы тогда купить за десять центов, - ну, там леденцов каких-нибудь, когда был мальчишкой, или орехов, или билет на галерку!"



Как видим, даже Мартин - при всей своей нечеловеческой целеустремленности на пути к успеху - и тот прикидывает его цену. И не всякую согласен платить. В конце концов все равно переплатил, но это уже другой разговор.

Самое смешное тут, что хотя он как раз пашет как вол, похлеще любого мистера Бэтлера, но в глазах Руфи-то он и есть бездельник, который ради своей цели пальцем шевельнуть не хочет. Даже на работу не хочет устроиться, только ноет - то ему не так, это не этак! И кто ему виноват?

А в глазах самого Мартина те, кто ничего не делает, а потому заслуживает своей незавидной доли - это, например, его сестры. Терпят же? Значит, так им и надо. Сильный - добьется, а слабому туда и дорога. Вот он в конце концов добился же! А ведь стартовые возможности у него были хуже некуда. У сестер и таких нет? Ну, знаете, отговорки всегда найдутся. Правда, все это исключительно теории. На деле-то он им помогает, не чужие все-таки. Но рассуждает именно так.

А подслушай вот этот разговор про мистера Бэтлера, скажем, Лиззи Конолли, она бы в нем вообще ничего не поняла. И не потому, что глупее Мартина. Просто в ее реальности не существует, например, понятия "сэкономить на кухарке". То, что она сама себе стряпает, вроде как само собой разумеется, и никто по этому поводу не ахает. И ее никто не возьмет ни на какую должность в адвокатскую контору, и в школу не возьмут, и на вечерние курсы. Человек, который в принципе может "приносить жертвы ради будущего", по сравнению с ней находится в слишком завидном положении, чтобы она стала вдумываться в то, стоит ли его успех такой цены. Пока все его жертвы для нее - либо обычная повседневная жизнь, либо недоступная роскошь, это разговор не к ней. Она может даже и не знать о том, что все эти люди, которые "сами всего добились с нуля", тем или иным способом, как Бэтлер или как Мартин, неважно, - все они в чьих-то глазах служат доказательством того, что и она, Лиззи, имеет в жизни ровно то, что заслужила. Кто захотел - добился. Кто не добился - тех, значит, все устраивает. А потому фиг тебе, Лиззи, а не восьмичасовой рабочий день, тебе и так неплохо, иначе бы ты уже сделала что-то, чтобы что-то изменить.

В общем, если рассмотреть эту картинку внимательно снизу доверху, трудно не заметить, что красивее и убедительнее всего слова про любую цену и про то, что, если по-настоящему захочешь, всего можно добиться, звучат все-таки в устах Руфи. А в любой другой позиции уже есть о чем задуматься.

И нет, это не значит, что нужно сдаться и ничего не делать ;)
Tags: книги, надо доругаться, само собой и вообще
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 36 comments